Лидер "УРА!" Сергей Шаргунов только что вернулся из Цхинвали. Между тем широко дебатируется вопрос о числе погибших в городе мирных жителей: цифры колеблются от нескольких десятков до двух тысяч человек. Сергей Шаргунов в интервью "Русскому Журналу" рассказл всю правду о войне
Сергей Шаргунов: Грузинская сторона произвела агрессию. И вопрос не в жертвах и масштабе разрушений, а в том, что нельзя херачить по мирному городу. Вопрос не политический даже, а человеческий. Потому что захват Южной Осетии означал бы истребление, изгнание и уничижение определенной группы людей по национальному признаку, то есть осетин.
РЖ: Как она изменила и изменила ли сознание российского интеллектуала и обывателя?
С.Ш.: Правильно было бы, если бы в результате ответа российской стороны наше общество изменилось бы в лучшую сторону. Вспоминаются победы 1812 и 1945 годов, когда штыки рождали не ожесточение, а давали ход вольнице. Эта низовая жажда обычно уходит в полицейско-канцелярийский песок с горьким привкусом пороха. Грустно, если так случится опять. Парадоксальная мысль в том, что остановка войны могла бы привести сейчас не к окончательному зажиму политической жизни, а напротив. Личности, народные силы, творческие эмоции - всё это, что звучит пока как милые слова, должно хлынуть веселой силой в реальность. Россия должна быть хороша. Внешне и внутренне.
РЖ: Почему существенная часть публичного интеллектуального класса "молчала" все 5 дней войны?
С.Ш.: Молчание многих в первые дни войны связано с недоверием по отношению к российской бюрократии. Молчание не означало малодушия, просто можно было предположить, что всё обернется вторым Грозным-94 с обугленными костями русских вояк в зубах диких цхинвальских собак. Я помолчал немножко, и поехал на войну, чтобы рассказывать увиденное в свои оба. Кстати, будучи в Цхинвали и Гори, транслировал в эфир "Эха Москвы" вполне патриотичные телеги. Тут была безумная двойственность, которая и может быть спасительна для нашего общества - готовность к демократичной открытости, прямой информативности и следование элементарным интересам страны.
РЖ: Правда ли, что город разрушен и выглядит похлеще Грозного в первую чеченскую?
С.Ш.: Вероятно, убитых и изувеченных меньше, чем сначала заявляли. Да, местами даже нынешний Грозный, где я был дважды, выглядит непригляднее нынешнего Цхинвали. Но факт агрессии должен поставить все на места в самых ветреных головах. Зверства были. Я общался со священником (отцом Михаилом Хаматовым), он был за рулем жигуленка (там еще сидело пять женщин), когда на них наехал грузинский танк. Гусеница разодрала священнику лицо, ребра сплющены. Танк забуксовал. Отец Михаил и женщины выпрыгнули из железного хлама, спаслись. Но понятно, что уничтожаются мирные грузины и посреди Южной Осетии, и в буферной зоне горийского района. Я там был и чуть не был грохнут как безоружный свидетель. Вопрос в скорейшей отмене беды - признать Южную Осетию и Абхазию, тогда эти республики будут общаться с Грузией, как Черногория с Хорватией или Сербия с Боснией. А российские войска и правда прибыли позднее, чем это манифестировалось - а именно: в субботу ввечеру.
|
